«Почему ты не принесла деньги сегодня?» — с удивлением спросил Игорь у жены.
«Тебе понравится, дорогой. Это лучший трансформер во всем магазине», — донесся голос из-за полок.
Екатерина клала детские носки в корзину, когда услышала знакомый голос в соседнем проходе. Голос своего мужа. Она застыла и прислушалась.
Сквозь полки с игрушками Екатерина увидела Игоря. В руках у него был дорогой робот — именно такой, о каком мечтал их четырёхлетний сын Антон. Рядом с Игорем стояла незнакомая женщина лет тридцати с мальчиком примерно трёх лет.
«Вы так добры к нам», — сказала женщина, деликatamente поцеловав Игоря в щёку. — «Спасибо.»
Поцелуй длился слишком долго, чтобы быть просто выражением благодарности. В нем были близость, привычность и интимность.
«Всё для тебя и маленького Димы», — ответил Игорь, погладив мальчика по голове.
Екатерина отошла за угол, стараясь не дышать. Еще вечером накануне Игорь отказал Антону в новых ботинках, о которых мальчик просил целый месяц.
«Деньги на деревьях не растут», — говорил он сыну. — «Твои старые ботинки ещё послужат. Хватит капризничать.»
А сейчас он легко потратил восемь тысяч рублей на игрушку для чужого ребенка. Без колебаний и с улыбкой.
Екатерина поспешила к выходу, бросив корзину с носками. В кармане у нее был конверт с зарплатой — девяносто тысяч рублей. Вечером она должна была отдать мужу семьдесят процентов, как делала все последние четыре года. Так договорились после свадьбы: Игорь будет управлять семейным бюджетом и распределять расходы.
«Мужчина должен быть главой семьи», — настаивал он тогда.
Игорь пришёл домой в обычное время. Поцеловал Екатерину в лоб, пять минут поиграл с Антоном и уселся перед телевизором.
«Что-нибудь новое на работе?» — спросила Екатерина, доставая конверт.
«Ничего особенного. Руководство сходит с ума со своими требованиями», — ответил он, не отрываясь от экрана.
Екатерина отдала ему шестьдесят три тысячи рублей вместо обычных шестидесяти пяти. Игорь пересчитал деньги и нахмурился.
«Две тысячи не хватает.»
«Я потратила их на Антона. Ему нужны витамины.»
«В следующий раз предупреждай», — проворчал Игорь, убирая деньги в кошелек. — «Я не люблю неожиданностей в бюджете.»
«Игорь, а ботинки Антону? Уже октябрь. Скоро начнётся сырая погода.»
«Куплю на этих выходных. Обязательно. Не волнуйся.»
«А куртка? Прошлогодняя уже мала.»
«Куртку тоже куплю. Не переживай, всё будет. Ты знаешь, я всегда держу слово.»
Екатерина кивнула. Её деньги уже были потрачены на мальчика из магазина. На «маленького Диму».
«Кстати,» — небрежно добавил Игорь, — «на работе собирают деньги на подарок для Натальи Викторовны. Она мать-одиночка, ей сейчас тяжело. Скоро у нее день рождения.»
Имя Наталья болезненно пронзило грудь Екатерины. Она вспомнила нежный поцелуй незнакомки. Это совсем не походило на сбор для нуждающейся коллеги.
«Сколько нужно?» — ровно спросила она.
«Около пяти–семи тысяч. Хотим купить ей что-нибудь приличное. Колье или серьги.»
Семь тысяч на ожерелье для своей «коллеги», хотя ему было жалко потратить две тысячи на витамины для собственного сына.
«Возьми из семейных денег», — сказала Екатерина.
«Я уже взял вчера. Так сказать, заранее.»
Весь вечер Екатерина молчала, тайно наблюдая за мужем. Игорь заметил это и поднял глаза от телефона, на котором был занят перепиской.
«Ты сегодня какая-то странная», — сказал он с легким раздражением. — «Что-то случилось? Проблемы на работе?»
«Я просто устала. Обычная осенняя хандра.»
«Прими валерьянку. Или пустырник. Ходишь мрачнее тучи.»
«Спасибо за заботу», — ответила Екатерина, не сумев скрыть сарказм.
«Пожалуйста, дорогая», — небрежно ответил Игорь, снова уткнувшись в телефон.
На следующий день Екатерина взяла отгул и поехала в офис мужа. Она села на скамейку в маленьком сквере напротив и ждала. В шесть вечера Игорь вышел из здания с той же женщиной. Держась за руки, они направились в кафе через дорогу.
Сквозь окно Екатерина наблюдала, как они ужинали. Наталья несколько раз касалась руки Игоря, они смеялись вместе. Игорь показал ей что-то на телефоне, и она радостно захлопала в ладоши. Когда они вышли, Игорь долго целовал ее в губы прямо на улице.
Всё стало абсолютно ясно.
В тот вечер Екатерина отвела Антона к своей матери, солгав, что у неё срочные дела. «Побудешь с бабушкой до завтра, зайчик», — сказала она сыну. — «Маме нужно к тёте Свете по важному делу.»
«Папа не будет по нам скучать?» — спросил Антон.
«Папа… папа, наверное, даже не заметит», — честно ответила Екатерина.
Светлана открыла дверь с опухшими от слёз глазами и растрёпанными волосами.
«Заходи быстро. Я тут рыдаю над своей несчастной жизнью», — сказала она, обнимая подругу. — «Похоже, у нас у обеих проблемы.»
«Что с тобой случилось?»
«Этот проклятый Николай. Оказывается, у него уже шесть месяцев роман. Сегодня он объявил, что уходит к ней. Видимо, она его понимает, а я только пилю.»
Они сидели на кухне, пили крепкий чай с коньяком. Екатерина подробно рассказала, что видела в магазине и у офиса Игоря.
«Мужчины — полные сволочи», — заключила Светлана, наливая ещё коньяка. — «Но не делай резких движений, Катя. Подумай хорошо. У тебя есть ребёнок, и твоя работа не особенно надёжна. Может быть, стоит попробовать всё исправить. Поговорить с ним?»
«Почему я должна чинить то, что он разрушил?» — спросила Екатерина. — «Что именно я сделала не так?»
«Ты, конечно, не должна. Но подумай о практической стороне. Квартира, деньги, будущее Антона…»
«Какое будущее? Смотреть, как отец тратит мамину зарплату на другую женщину и её ребёнка?»
«Ну… может, это временное помутнение. Кризис среднего возраста?»
Екатерина посмотрела на подругу с жалостью.
«Света, это не кризис. Это новая семья.»
В течение месяца Екатерина наблюдала за мужем и думала над ситуацией. Игорь стал осторожнее и реже задерживался на работе, но не перестал встречаться с Натальей. Он просто перенёс их встречи на обеденное время. Дома он притворялся любящим мужем и отцом, хотя с каждым днём делал это всё хуже.
«Как дела в школе?» — спросил он однажды вечером за ужином у Антона.
«Папа, я в детский сад хожу», — удивлённо ответил мальчик.
«Да, конечно. Детский сад. Как там дела?»
«Хорошо. Ты купишь мне велосипед?»
«Зимой? Зачем тебе велосипед зимой? Подожди до лета.»
«Но ты же обещал на день рождения…»
«Обещал, обещал. Помню. Обязательно купим.»
Екатерина молча наблюдала за разговором. День рождения Антона был три месяца назад.
Их съёмная двухкомнатная квартира стоила тридцать тысяч рублей в месяц. За четыре года брака они не смогли накопить ничего на первый взнос по ипотеке. Игорь тратил всё, что она ему давала, и всякий раз, когда она задавала вопросы, отвечал уклончиво.
«У меня есть план по улучшению нашего финансового положения», — говорил он. — «Не вмешивайся. Женщины не понимают в финансах.»
Екатерина лишь вскользь упомянула матери о проблемах в браке, не вдаваясь в подробности.
«Все супруги ссорятся, милая», — отмахнулась мать, как обычно. — «Главное — женская мудрость. Мужчина всегда остывает и возвращается домой.»
«А если не остынет?»
«Остынет. Куда он денется? Ты не скандальная и хозяйка хорошая. Нужно только переждать.»
Потом позвонила Светлана.
«Катя, у меня есть предложение. Помнишь Марину Петровну, мамину подругу? Она недавно потеряла всю семью в аварии — мужа, сына и внука. Она сидит дома одна и в ужасном состоянии. Она ищет себе компаньонку.»
«Света, я не готова к такому. У меня и так проблем больше, чем могу вынести.»
«Просто поговори с ней. Может, это поможет вам обеим. И она готова хорошо платить.»
«Сколько?»
«Шестьдесят тысяч рублей в месяц, плюс проживание у неё дома. Катя, это может быть твоим спасением!»
Прошло ещё несколько недель. Екатерина получила аванс на работе, но Игорю не дала ни единого рубля.
— Где деньги? — потребовал он, глядя на жену с привычным ожиданием послушания.
— Я stessa gestirò questi soldi, — ответила она спокойно, продолжая готовить ужин. — За четыре года мы ничего не отложили. Всё, что нужно Антону, я покупаю за свои деньги.
— Что за дерзость? — взревел Игорь. — Я плачу за квартиру, коммуналку и продукты!
Екатерина промолчала. Не было смысла обсуждать финансы с человеком, который тратил её деньги на любовницу. Впрочем, лучше было сберечь силы для более важных дел.
В выходные, отводя Антона к матери, Екатерина встретила Светлану с пожилой женщиной. Незнакомка была элегантно одета, но в её глазах читалась глубокая печаль.
— Катя, познакомься, это Марина Петровна, — представила их Светлана.
— Очень приятно познакомиться, — сказала Екатерина, невольно почувствовав симпатию к женщине.
— Взаимно, — мягко ответила Марина Петровна. — Света много хорошего о вас рассказывала.
Они поговорили несколько минут о погоде и детях. Антон нетерпеливо тянул маму за руку, торопясь попасть к бабушке.
— Извините, нам пора, — сказала Екатерина, поспешно уходя, хотя хорошее впечатление от встречи осталось при ней.
В тот вечер позвонила Светлана.
— Ты понравилась Марине Петровне. Она готова обсудить условия.
— Какие условия? — удивилась Екатерина.
— Работа компаньонки. Она одна, дом большой, семью всю потеряла. Я же рассказывала. Подумай, Катя. Это может быть тебе очень кстати.
Екатерина посмотрела на Игоря, который смотрел телевизор и даже не поднял глаз, когда зазвонил телефон. Казалось, её разговоры его совершенно не касались.
— Хорошо. Я согласна с ней встретиться.
— Разумное решение. Завтра в два. Я пришлю тебе адрес.
Дом Марины Петровны поразил Екатерину размерами. Двухэтажный коттедж с ухоженным садом напомнил ей дедушкин дом, где она проводила счастливые детские каникулы.
— Прошу, заходите, — радушно встретила её хозяйка.
Марина Петровна провела её в гостиную. На каминной полке стояли фотографии: седой мужчина, юноша в военной форме и мальчик с озорной улыбкой.
— Это была моя семья, — тихо сказала женщина и вдруг расплакалась. — Простите…
Екатерина мягко обняла её за плечи.
— Не извиняйтесь. Пойдёмте со мной. Вам надо прилечь.
Она проводила Марину Петровну в спальню, потом вернулась в гостиную. Почти автоматически собрала чашки и вымыла их на кухне. Полила цветы — земля в горшках совсем пересохла. Странно, но в этом доме она почувствовала спокойствие, которого давно не испытывала дома.
«Простите», — сказала Марина Петровна, появившись через полчаса. — «Я не хотела развалиться у вас на глазах.»
«Всё в порядке. Я понимаю, каково это — быть одному среди воспоминаний.»
Женщина внимательно её изучила.
«У вас тоже есть своя боль.»
«Да. Но с моей потерей что-то можно сделать, в отличие от вашей.»
Марина Петровна села в кресло.
«У меня есть предложение. Переезжайте сюда с сыном. Дом большой и пустой. Я буду платить за еду и дам вам зарплату в шестьдесят тысяч рублей в месяц.»
Екатерина была поражена. Эта сумма, в сочетании с тем, что она сэкономит на аренде и коммунальных услугах…
«Для начала на шесть месяцев, — сказала Екатерина. — Пока не решу свои семейные проблемы.»
«Согласна», — кивнула Марина Петровна. — «Я покажу вам вашу комнату.»
Комната на втором этаже была светлой и просторной, с двумя кроватями и письменным столом. Окно выходило в сад. Екатерина вспомнила своё детство в доме деда — такие же утра и такая же свобода от чужих ожиданий.
«Мне нравится», — сказала она. — «Когда мы можем переехать?»
«Завтра, если хотите. Мне действительно нужна поддержка.»
«Ты сошла с ума!» — взорвался Игорь, когда Екатерина сообщила ему о своём решении. — «Какая работа? Зачем ты переезжаешь к какой-то странной старухе?»
«Это временная работа — быть компаньонкой у уважаемой женщины», — спокойно ответила она, продолжая собирать вещи. — «Жильё бесплатно, оплата хорошая. Я смогу накопить на первоначальный взнос по ипотеке.»
«У нас и так всё хорошо! Чего тебе не хватает?»
«Всё хорошо» — это когда он тратил её деньги на любовницу, а их сын ходил в рваных ботинках.
«Мне не хватает перспектив», — ответила она.
«Екатерина, ты не можешь просто исчезнуть! Мы же семья!»
«Могу. И беру ответственность за свою жизнь на себя.»
«Что с тобой случилось? Ты ведь была нормальной женой!»
Екатерина перестала собирать вещи и посмотрела на него.
«Я была удобной. Это важная разница.»
Игорь продолжал кричать ещё полчаса, чередуя угрозы и просьбы, но Екатерина уже собирала вещи Антона. Утром, когда муж ушёл на работу, она вызвала грузчиков.
«Мама, мы правда будем жить в большом доме?» — спросил Антон, наблюдая, как мужчины выносят коробки.
«Да, солнышко. Там есть сад и качели.»
«Папа тоже будет с нами?»
Екатерина присела перед сыном.
«Папа останется здесь. Но он будет приходить к тебе.»
«Хорошо», — беззаботно согласился мальчик.
Марина Петровна встретила Екатерину и Антона у ворот и помогла им донести сумки.
«Добро пожаловать в ваш новый дом», — тепло сказала она.
Антон сразу побежал осматривать участок, а Екатерина поняла, что женщине куда нужнее было не кто-то, кто убирает и наводит порядок, а просто человеческое присутствие — тот, кто не даст ей утонуть в собственных воспоминаниях.
«Завтра мы могли бы сходить на кладбище, если хотите», — предложила Екатерина за ужином.
Марина Петровна удивлённо посмотрела на неё.
«Ты уверена? Это не очень весёлое место.»
«Им нужны цветы. А тебе нужно с ними поговорить.»
«Спасибо.» Женщина коснулась её руки. «Я давно хотела пойти, но боялась идти одна.»
Игорь звонил каждый вечер.
«Катя, я скучаю по тебе. Прекрати эту глупость и возвращайся домой.»
«Я работаю. У меня контракт на полгода.»
«К чёрту твой нелепый контракт! Ты моя жена!»
«Для меня это важно. Я выполняю взятые на себя обязательства.»
Антон быстро освоился в новом доме. Марина Петровна учила его рисовать акварелью, а Екатерина читала вслух. У неё был приятный, хорошо поставленный голос, и это помогало успокаивать пожилую женщину.
«У тебя красивый голос», — сказала однажды вечером Марина Петровна. — «Ты могла бы работать на радио.»
«Я мечтала об этом в молодости», — призналась Екатерина. — «Но потом я вышла замуж и у меня родился сын…»
«И похоронила свои мечты?»
«Я отложила их на потом. Но это ‘потом’ растянулось на годы.»
«Не поздно к ним вернуться. Тебе всего двадцать шесть.»
Две недели спустя Екатерина согласилась встретиться с Игорем в кафе. Он выглядел потрёпанным.
«Где твоя зарплата?» — был его первый вопрос, даже без приветствия.
«Какое трогательное беспокойство», — саркастически ответила она. — «Трачу на себя и на сына.»
«Екатерина, перестань вести себя глупо! Я твой муж! Я имею право знать!»
«Пока что да.» Она достала из сумки документы. «Это повестка в суд. Я подаю на развод.»
Игорь побледнел, глядя на официальный штамп.
«Почему? Мы же прекрасно жили!»
«Ты жил хорошо. Я — просто существовала.»
«Но почему развод? Что я сделал?»
«Наталья…»
Между ними повисла гробовая тишина. Игорь сжал кулаки, его лицо исказилось.
«Это… это не то, что ты думаешь…»
«Восьмитысячная игрушка для её сына? Еженедельные поцелуи в кафе на Тверской? Какая часть не такая, как я думаю?»
«Ты за мной следила? Как ты смеешь?»
«Я увидела тебя случайно. А ты осмелился тратить мои деньги на чужого ребёнка, пока твой собственный сын ходил в рagnate башмакaх.»
«У нас был кризис в отношениях! Я встречался с ней пару раз. И что?»
«Столько раз, что деньги нашлись для её ребёнка, а для своего — нет.»
Игорь откинулся на спинку стула.
«Ладно. Да, был роман. Но я не ушёл от тебя! Для меня семья священна!»
«Настолько священна, что ты предал её при первом же случае.»
Екатерина встала и взяла свою сумку.
«Куда ты? Мы ещё не закончили разговор!»
«А я закончила. Увидимся в суде.»
Она ушла, не оборачиваясь, не обращая внимания на его крики.
Вернувшись в дом Марины Петровны, Екатерина долго сидела на веранде, глядя в темноту. Встреча с Игорем потрясла её. Она ожидала, что будет легче, но злость всё ещё кипела внутри по отношению к человеку, с которым провела четыре года.
«Что-то случилось?» — Марина Петровна вышла на веранду с двумя чашками чая.
«Я встретилась с мужем. Я официально подала на развод.»
«Как он отреагировал?»
Екатерина горько улыбнулась.
«Сначала он потребовал мою зарплату. Потом удивился, что я захотела развода.»
Марина Петровна села рядом и подала ей чашку.
«Расскажи мне всё. Иногда, когда говоришь вслух, всё становится яснее.»
И Екатерина рассказала всё. Она вспомнила день в магазине, как наблюдала за Игорем у его офиса, и годы, когда отдавала ему семьдесят процентов своей зарплаты, а их сыну постоянно не хватало денег.
«Знаешь, что меня больше всего злит?» — сказала она в заключение. «Он искренне считает, что ничего плохого не сделал. Думает, что я просто устраиваю сцены.»
«Какая утончённая логика у твоего мужа», — саркастически заметила Марина Петровна. «Брать деньги для любовницы — это нормально, а возражать — значит быть трудной.»
«Именно! А когда я напомнила ему о занятиях для Антона, он сказал, что ребёнок и так вырастет нормальным.»
Марина Петровна долго молчала, прежде чем тихо заговорить.
«Мой Виктор тридцать два года приносил домой каждую копейку, что заработал. Никогда не поднимал на меня руку и не изменял мне. Но я думала, что так и должно быть. Ты… ты поступила правильно. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на тех, кто тебя не ценит.»
«Знаете, Марина Петровна», — тихо сказала Екатерина, — «я так давно не разговаривала с кем-то откровенно. Игорь всегда меня перебивал или переводил разговор на себя.»
В этот же момент Игорь стоял у подъезда Натальи, собираясь с духом, чтобы позвонить в дверь. Екатерина его бросила, квартира казалась могилой, а завтра ему предстояло подумать, как дальше жить.
Наталья открыла дверь в халате, явно не ожидая гостей.
«Игорь?»
«Можно войти? Нам нужно поговорить.»
Неохотно она впустила его в прихожую, но дальше не пригласила.
«Послушай, всё изменилось», — начал Игорь. «Екатерина подала на развод. Мы наконец можем быть вместе.»
Наталья побледнела.
«Игорь, ты не понимаешь…»
«Я всё прекрасно понимаю! Мы наконец-то свободны!»
«Нет, ты не понимаешь!» — резко перебила она. «Я замужем!»
Игорь ошеломлённо уставился на неё.
«Как это — замужем? За кем?»
«Уже два года… Ты думал, я буду ждать, пока ты наконец очнёшься?»
«Два года?» — голос Игоря дрогнул. «Ты два года водила меня за нос? Два чертовых года я тратил на тебя деньги и врал жене, а ты…»
«Я никого не водила за нос!» — резко ответила Наталья. «Ты всё сам придумал! Я никогда не говорила, что свободна!»
«А поцелуи? А подарки для моего… для его сына? А все наши встречи?»
«Я никогда не просила тебя покупать игрушки!» — сердито ответила она. «И поцелуи никого ни к чему не обязывают! Ты что, наивный деревенский мальчишка?»
«Значит, я просто дурак, который за всё платил…»
«Я для тебя когда-нибудь была чем-то большим?» — злобно процедила Наталья. «У тебя была жена и сын! Или ты думал, что я поверила твоим рассказам о ‘большой любви’ и несчастной семейной жизни?»
В спальне заплакал ребёнок. Наталья нервно оглянулась через плечо.
«Уходи. Сергей скоро вернётся с работы.»
«Вот оно как!» — закричал Игорь. «Я был для тебя всего лишь развлечением? Дойной коровой?»
«Чего ты ожидал?» — холодно спросила Наталья. «Женатый мужчина с ребёнком ищет приключений на стороне. Ты думал, что найдёшь дурочку, которая поверит в твои сказки о несчастливом браке?»
«У меня больше нет жены! Я потерял семью из-за тебя!»
«Ты сам её потерял!» — резко сказала Наталья. «Из-за собственной похоти. А теперь хочешь свалить вину на меня?»
«Сука!» — прошипел Игорь. «Ты жадная сука!»
«Возможно,» — равнодушно сказала Наталья, пожав плечами, и открыла дверь. «Больше сюда не приходи.»
«Ещё увидимся!» — бросил Игорь зло, уходя. «Женщины, как ты, всегда получают по заслугам!»
«Ты мне угрожаешь?» — презрительно усмехнулась Наталья. «Запиши номер местного участкового. Он тебе пригодится.»
Оставшиеся недели до слушания в суде тянулись мучительно долго. Игорь несколько раз пытался дозвониться до Екатерины, чтобы потребовать встречи, но она отвечала ему резко.
«Поговорим в суде.»
«Катя, мы ведь семья! Мы прожили вместе четыре года!» — попытался сыграть Игорь на её жалости во время одного из звонков.
«Игорь, ты предал и меня, и Антона. Не один раз.»
«Что я сделал такого страшного?»
«Прощай, Игорь. Увидимся в суде.»
Он оставался уверен, что жена передумает в последний момент. Она вспомнит о четырёх годах брака и о том, что они семья. Ведь где она найдёт другого мужчину, когда у неё на руках ребёнок?
Но когда Игорь увидел Екатерину в зале суда, он понял — пути назад нет. Она была спокойна, равномерно отвечала на вопросы суда и смотрела на него, как на чужого.
«Истец, укажите причины, по которым вы просите расторгнуть брак», — обратился судья к Екатерине.
«В течение трёх лет мой муж тратил семейные средства на внебрачную связь. Он систематически вводил в заблуждение и меня, и нашего ребёнка относительно финансового положения семьи. Он игнорировал потребности нашего несовершеннолетнего сына.»
«Ответчик, имеются ли у вас возражения?»
Игорю хотелось что-то сказать в свою защиту, но слова не шли. Как бы он объяснил судье, что просто хотел быть счастливым?
«Ответчик, вы даёте согласие на развод?» — спросил судья.
Игорь хотел сказать «нет», но слово застряло в горле. Женщина рядом с ним напоминала Екатерину только внешностью. Настоящей Кати больше не было.
«Я согласен», — выдавил он сквозь сжатые зубы.
«Истец настаивает на выплате алиментов?»
«Да», — твёрдо ответила Екатерина. «Двадцать пять процентов всех доходов ответчика.»
«Это ограбление!» — Игорь больше не мог сдерживаться. «Я плачу за квартиру! У меня кредиты!»
«Об этом стоило подумать раньше», — холодно сказала Екатерина, — «когда тратил наши деньги на другую женщину».
Совместно нажитого имущества у них не было, только долги по кредитным картам, которые суд передал Игорю. Алименты установили в размере двадцати пяти процентов от его зарплаты — восемнадцать тысяч рублей.
Покидая здание суда, Игорь попытался поговорить с бывшей женой.
«Катя, может быть…»
«Прощай», — перебила она и ушла, не обернувшись.
«Ты еще пожалеешь об этом!» — крикнул он ей вслед. — «Ты мать-одиночка с ребенком! Кому ты нужна?»
Екатерина остановилась и обернулась.
«Игорь, знаешь, в чем твоя главная ошибка? Ты считаешь, что женщина без мужчины — не полноценная женщина. На самом деле, женщина с плохим мужчиной живет неполной жизнью.»
Дома Игорь сел с калькулятором. Зарплата составляла семьдесят тысяч рублей. После алиментов оставалось пятьдесят две тысячи. Аренда квартиры — тридцать тысяч, коммунальные услуги — пять, на еду — десять. На всё остальное оставалось семь тысяч.
Раньше Екатерина приносила дополнительно шестьдесят пять тысяч. Теперь эти деньги исчезли вместе с ней.
«Что за черт!» — взревел он в пустой квартире. — «Все женщины — алчные стервы! Используют мужчин как дойных коров, а потом выбрасывают, как старый мусор!»
Игорь швырнул калькулятор о стену. Корпус из пластика треснул и разлетелся по полу.
«Наталья врала и пользовалась моими подарками, прекрасно зная, что она замужем! А эта…» — он указал в воздух, будто бы Екатерина стояла перед ним. — «Она бросила меня в самый трудный момент и ещё подала на алименты! Как будто я ей что-то должен!»
Мужчина ходил по комнате, пинал всё, что попадалось ему под ноги.
«Никого из них не волновало, как мне жить! Им только деньги были нужны! Проклятые паразиты!»
Но противнее всего было то, что обе женщины были уверены в своей правоте. Наталья со своими оправданиями и Екатерина со словами, что развод — его вина. Лицемерки.
В это время Екатерина вела велосипед по дорожке в парке, наблюдая, как Антон учится держать равновесие. Марина Петровна ехала рядом на своем велосипеде и подбадривала мальчика.
«Молодец, Антон! Не смотри вниз. Смотри вперед! Представь, что ты летишь!»
«Мама, смотри! Я еду! Смотри!» — радостно закричал Антон.
«Вижу тебя, умница! Ты настоящий велосипедист!» — отозвалась старшая женщина.
Екатерина улыбнулась, но сердце кольнула непонятная тревога. Марина Петровна так естественно общалась с её сыном, словно он был её собственным внуком.
Антон тянулся к ней и рассказывал о своих детских проблемах — о чём раньше говорил только матери.
«Не ревнуй», — твёрдо сказала себе Екатерина. — «Ребёнку нужно внимание, а ты работаешь с утра до вечера.»
В этот момент Екатерина поняла, что за последний месяц она обрела то, чего никогда не было в её браке: покой.
Никто не требовал отчёта за каждый потраченный рубль. Никто не устраивал ссор. Никто ей не лгал. Она уже сэкономила тридцать тысяч рублей. Ещё год — и можно будет всерьёз задуматься об ипотеке.
В тот вечер, когда Антон уснул, Екатерина села на веранде с кружкой горячего какао. Её телефон оставался беззвучным. Игорь не звонил уже месяц. Алименты поступали регулярно.
«Как странно», — подумала она. «Год назад его равнодушие причиняло мне боль. Теперь это просто факт, как погода за окном.»
Жизнь действительно становилась лучше. Работа приносила ей не только деньги, но и удовлетворение. Антон начал учиться читать и больше не спрашивал, почему его отец не живёт с ними.
Главное, она перестала оправдывать для себя поступки других людей.
Игорь сделал свой выбор. Наталья — свой.
Теперь настала очередь Екатерины.
И её выбор оказался верным.
