Молодой председатель колхоза использует власть, чтобы заставить бригадира выдать за него дочь — юную Ульяну, которая с ужасом думает о замужестве.

Старая изба поскрипывала под порывами осеннего ветра, завывавшего в печной трубе. В председательской конторе пахло пылью, махоркой и чем-то неотвратимым, как приговор. Слабый луч позднего солнца, пробивавшийся сквозь запыленное окно, дрожал на столе, освещая два лица, застывшие в немой драме. — Виноват, не доглядел, будь человеком, Игнат, не погуби… — Какой я тебе Игнат? Забыл, […]

Продолжение...

1954 год. Молодая женщина, мечтая вырваться из разрушенной деревни и спасти сестру, совершает в городе единственную роковую ошибку, которая вмиг рушит все её надежды.

Тот уголок земли, что когда-то именовался живой, шумной деревенькой, теперь был лишь бледной тенью самого себя. Тринадцать лет назад огонь и сталь прошлись по его улочкам, оставив после себя не пепел даже, а нечто горше — забвение. Его будто стёрли с карты памяти мира. Дома, чьи скелеты темнели на фоне серого неба, больше походили на […]

Продолжение...

1942 год. Её мир рухнул в одно утро. А вечером маленькая воровка украла у неё на лавочке последнее напоминание о муже.

1942 год выдался на редкость хмурым и безрадостным. Даже ранняя осень, обычно щедрая на багрянец и позолоту, в тот день будто выцвела, подернулась дымкой тоски и безнадежности. По этому серому городу, хранящему следы тревоги на каждом углу, медленно, почти безвольно, шла женщина. Она не пыталась скрывать слез, струившихся по ее бледным щекам – в нынешнее […]

Продолжение...

Замерзшие слезы на ресницах: как тихая осенняя листва обрела крылья и улетела от ветра, что ломал её ветви

— Послушная она, — с гордостью, словно демонстрируя редкую и ценную вещь, хвалилась тетка Серафима, передавая свою молчаливую племянницу в чужие, но надежные, как ей казалось, руки. Судьба свела девушку с парнем из дальнего села. Он был видный, крепко сбитый, ладный. Никите его избранница приглянулась сразу, да и матери его, Галине, пришлась по душе такая […]

Продолжение...

1921 год. Что нашли в телеге у сосланных родственников: история о том, как месть, зависть и один подслушанный стон перевернули всё в селе

Туманное утро ранней осени 1921 года окутывало землю серебристой, влажной пеленой. Молодая девушка по имени Вера осторожно ступала по мокрой от росы траве, направляясь к извилистой ленте реки. Воздух был наполнен терпким ароматом увядающей листвы и далекого дыма. Она всматривалась в клубящуюся дымку, пытаясь различить знакомый силуэт. Беспокойство сжимало ее сердце тиски, но оно же […]

Продолжение...

А ведь всё могло быть иначе…

Маша резко остановилась и испуганно посмотрела в сторону троих мужчин, которые шли ей навстречу. Видно было, что подвыпившие: походка неуверенная, движения резкие и размашистые. Они громко разговаривали, разбавляя свою речь матерными словами, и противно смеялись. Как гиены… Она однажды смотрела по телевизору передачу о животных, и слышала этот жуткий смех. Полночи потом заснуть не могла. […]

Продолжение...

Он сбежал из колонии, чтобы попрощаться с матерью. Вместо этого он нашёл в лесной глуши ту, что спрятала его от всего мира. Их любовь была его спасением и его самым опасным приговором

Лучи солнца, тёплые и нежные, словно пальцы матери, коснулись его щёк. Он зажмурился, позволяя свету окутать себя целиком, и губы сами собой растянулись в улыбке. Май. Этот месяц всегда пел в его душе тихую, светлую песню. Даже здесь, в этом поселении, отгороженном от мира колючей проволокой условностей, он умел находить для неё поводы. Сегодня последний […]

Продолжение...

Сватья-миллионерша

Всё началось три года назад, когда Артём привёз невесту и сватью знакомиться с родителями. Тамара Викторовна, мать Артёма, сразу поняла — девочка хорошая. Катя — студентка педагогического, скромная, воспитанная, из приличной семьи. Правда, когда выяснилось, что «приличная семья» — это мама-одиночка из деревни Козловка, что в получасе езды от их промышленного городка, Тамара слегка поморщилась. […]

Продолжение...

Маленькую девочку в скромном платьице грубо выгнали с утренника. Но отец придумал, как изящно и унизительно поставить на место зазнавшихся родительниц.

Тишина ночи, нарушаемая лишь тихим шелестом дождя за окном, обволакивала квартиру, как мягкое одеяло. Алёна уже натянула пижаму, заплела волосы в небрежный хвост и собиралась упасть в кровать после изнурительной смены медсестры в больнице. Но телефон, лежащий на тумбочке, вдруг ожил тревожным вибрирующим звоном — звук она оставляла включённым, ведь в любой момент мог поступить […]

Продолжение...

Застучав топором во дворе Вариной избы, осень 44-го принесла с собой не только усталость войны, но и тихое спасение. Простая забота — накормить, починить рубаху — станет семенем, которое, пережив долгую разлуку и страх, прорастёт в новую жизнь, крепкую, как шов на солдатской гимнастёрке, и сладкую, как мёд в печёных яблоках

Листва, пожухлая и бесцветная, похожая на старую медную монету, шелестела под граблями. Воздух в этом октябре 1944-го был густым и влажным, пахнул дымом, прелой землей и далекой, вечной грустью. Варвара методично сгребала листья в кучу, стараясь не думать ни о чем, кроме шуршания и тяжести деревянных зубьев в ладонях. Тишина двора была ее единственным убежищем. […]

Продолжение...