Незнакомая девочка подошла к нам на кладбище, когда мы стояли у могилы сына, и назвала его домашнее прозвище. Но это прозвище знала только я.
Незнакомая девочка подошла к нам на кладбище, когда мы стояли у могилы сына, и назвала его домашнее прозвище. Но это прозвище знала только я. Полгода прошло после аварии. Мише было двенадцать. Весёлый, шумный, с велосипедом которого было не оторвать с апреля по октябрь. В тот вечер попросил разрешения поехать к другу — недалеко, минут десять. […]
Продолжение...